Промышленная резка бетона: rezkabetona.su
На главную  Энергетические ресурсы 

Необходима Европейская энергетическая политика

Ульрих Хартманн,

 

председатель правления акционерного общества Е.ОН, Дюссельдорф

 

Со времен паровой машины не изменилось в принципе одно правило: жизненно важными вопросами любого народного хозяйства остаются надежность, экологичность и конкурентоспособность энергоснабжения - три критерия, определяющие его пригодность для будущего. Поэтому, несмотря на полную либерализацию рынка, энергия не является таким же товаром, как все остальные, а представляет собой первостепенный фактор издержек, производственной и инвестиционной соблазнительности той или иной страны. Общественность фактически забыла об этом за длительный период сравнительно дешевой энергии, наступивший в середине восьмидесятых годов, пока сильное повышение цен на нефть летом 2000-го года не вернуло энергетическую тему на первые полосы газет и в политическую повестку дня. Михаэль Штюрмер заметил по этому поводу: «У высокой цены на нефть есть много негативных последствий. Но она имеет то преимущество, что самым активным образом стимулирует мыслительный цикл» ( .

 

Осмысление проблемы необходимо, но при этом на данный момент уже недостаточно рассматривать ее, исходя только из национальной перспективы. Европа все активнее интегрируется, европейский внутренний рынок становится все более комплексным, а единая валюта создает основу для дальнейшего слияния экономической и финансовой политики Старого Света. Какое место занимают в этом контексте энергетическое хозяйство и энергетическая политика в Европе? Какие варианты напрашиваются, какие задачи ждут своего решения? В этой аналитической статье мы хотим осветить некоторые проблемы, которые, с позиции энергетиков-практиков, уже в скором времени необходимо будет решать в современной Европе. При этом мы сделаем упор на электроэнергию.

 

Надежность энергоснабжения

 

Когда мы заводим речь об энергетическом рынке Европейского Союза, который так же только зарождается в качестве интегрированного внутреннего рынка, то мы имеем в виду второй по величине в мире после Соединенных Штатов Америки рынок. Только ежегодный объем вырабатываемой в ЕС электроэнергии оценивается в 200 миллиардов евро. Ныне Европейский Союз импортирует 50% необходимой ему энергии. Закупки нефти, природного газа и угля обошлись ему в 1999-м году в 240 миллиардов евро, что составляет 6% от совокупной стоимости импорта стран еврозоны. Европейская Комиссия с глубокой озабоченностью наблюдает за ростом зависимости от импорта энергии – до 70% к 2030 году – и требует разработать долгосрочную контрстратегию, в которой главную роль будут играть возобновляемые источники энергии, энергосбережение и использование якобы «домашнего» энергоносителя - ядерной энергии.

 

Европа уже многого добилась в энергосбережении и повышении эфф. использования энергии: в то время, как европеец потребляет на данный момент ежегодно в среднем 140 гигаджоулей, американец использует фактически в два раза больше – 270 гигаджоулей. Чтобы создать валовой национальный продукт в 1000 долларов, Европе требуется 8,7 гигаджоулей энергии, Соединенным Штатам Америки - 1 Это бросающееся в глаза различие документально подтверждает те чрезвычайные усилия, которые предприняли европейские страны после нефтяных кризисов 70-х годов, чтобы уменьшить зависимость от нефти, снизить стоимость энергии и тем самым одновременно главным образом улучшить совместимость энергоснабжения с окружающей средой и климатом. И все же Европа по-прежнему сильно зависит от импорта, и к тому же, несмотря на все меры экономии, потребление энергии с середины 90-х годов вновь стало расти, хотя и более медленными темпами, чем раньше.

 

После недавнего повышения цен на нефть сокращение большой зависимости от импорта стало приоритетным направлением энергетической политики Брюсселя, как, и Вашингтона. На деле это означает использование имеющихся энергоносителей и широкую диверсификацию источников энергоснабжения. но в Берлине, как демонстрирует неприязненное отношение правительственной коалиции к атомной энергии, делают упор на другие аспекты. Отказ от эксплуатации атомных электростанций неизбежно повысил бы зависимость Германии от импорта, поскольку альтернативных, конкурентоспособных по ценам отечественных источников энергии просто недостаточно. Возобновляемые источники энергии ни в коем случае не смогут закрыть образовавшуюся брешь, поскольку они (за исключением энергии воды) по преимуществу все так же неэкономичны и не берут на себя базовую нагрузку, т.е. не могут использоваться 24 часа в сутки. Вклад германского каменного угля в энергообеспечение страны в долгосрочной перспективе будет все больше снижаться, что объясняется высокими издержками по его добыче, связанными с геологическими особенностями залегания пластов. То, насколько весомым окажется этот вклад, зависит исключительно от политических решений. Доля отечественных газовых источников в энергопотреблении также уже многие годы сокращается. Так что в конечном итоге энергия, производимая ныне германскими атомными электростанциями, будет заменяться импортной, в том числе вырабатываемой на АЭС, или генерироваться за счет сжигания ископаемого топлива. И все же достигнутое энергетиками и Федеральным правительством согласие относительно судьбы атомной энергии позволяет так же в течение более чем десяти лет гарантировать использование этого энергоносителя в Германии и сохранить ранее сделанные существенные инвестиции. Другие европейские страны, использующие атомную энергию, не собираются от нее отказываться. Так неужели германские политики хотят предоставить долгосрочное энергоснабжение Европы другим?

 

Экологичность

 

Если сравнить крупнейшие мирохозяйственные регионы, то Европа, бесспорно, занимает лидирующие позиции в деле охраны окружающей среды и протекции климата. А Германия является в этом отношении одной из ведущих европейских стран. Из 22 миллиардов тонн углекислого газа, которые ежегодно выбрасываются в атмосферу во всем мире, четверть приходится на Соединенные Штаты Америки, 15% - на Европейский Союз и 4% - на Германию. В 1997-м году все промышленно развитые страны приняли в Киото обязательства уменьшить к 2010 году свои выбросы тепличных газов (прежде всего углекислого газа), сократив эмиссию до уровня 1990-го года. С тех пор выброс углекислого газа в атмосферу в США увеличился на 11%, в странах Европейского Союза, напротив, сократился на 3%. Именно это является подоплекой трудностей, возникших на Всемирной конференции по глобальному потеплению климата, проходившей в Гааге в ноябре 2000-го года, участники которой так и не смогли совместно принять обязательные для всех решения. Глобальную проблему потепления климата не удастся решить, если Америка не внесет в это свой существенный вклад, а для этого необходимы дальнейшие политические усилия. В конечном счете мало пользы в том, что Европа, и, прежде всего, Германия, вырывается далеко вперед, преследуя все более амбициозные цели сокращения выброса углекислого газа, и при этом постоянно оставляет позади не одни только Соединенные Штаты. на данный момент нам необходимо международное, обязательное для всех соглашение, отвечающее замыслу сбалансированного глобального распределения ресурсов. Те страны, которые проводят дорогостоящие мероприятия по защите климата, не должны попадать из-за этого в невыгодное положение в условиях глобальной конкуренции. При этом не стоит забывать о том, что хорошие результаты, достигнутые Европой в политике протекции климата, объясняются в значительной мере реструктуризацией восточногерманской экономики, которая частично принимала черты подлинной деиндустриализации. Уменьшение выброса каждой следующей тонны углекислого газа становится ныне все труднее и обходится все дороже. Нарастает искушение добиться выполнения амбициозных целей по защите климата, прибегнув к вмешательству государства и мерам принуждения. Именно этот курс взят в германской энергетической политике. Те 15 миллиардов марок, которые ежегодно экономятся в народном хозяйстве Германии за счет либерализации европейского энергетического рынка, посредством целого ряда мер вновь изымаются у потребителей. Экологический налог на электроэнергию, дотации на разработку систем комбинированного производства электрической и тепловой энергии и использование возобновляемых источников энергии уже на данный момент выливаются в поборы с потребителей, составляющие в сумме 11 миллиардов марок. При этом планируется дальнейшее повышение экологического налога. Так, шаг за шагом, поворачивают вспять либерализацию, вновь отнимая у нашей экономики, ведущей глобальную конкуренцию, каждый третий киловатт-час электроэнергии. Сейчас в центре внимания стоит государственное дотирование систем комбинированного производства электрической и тепловой энергии, которое должно значительно увеличиться. Но опека уже существующих систем когенерирования электрической и тепловой энергии не способствует защите климата в целом. Как показывают заключения экспертов, подготовленные по поручению Федерального министерства экономики и технологий, в большинстве своем системы комбинированного производства электрической и тепловой энергии, с которыми на данный момент так носятся, выбрасывают больше углекислого газа, чем это происходит при раздельной выработке электроэнергии и тепла. А в конечном счете все дело сводится к защите коммунальных производителей электроэнергии от конкуренции. При массивном расширении сети систем комбинированного производства электрической и тепловой энергии конкурентоспособные производители электроэнергии будут просто вытеснены с рынка, а вместе с тем будут ликвидированы и созданные ими рабочие места.

 

Согласие, достигнутое по вопросу закрытия атомных электростанций, показало, что подход, основанный на кооперации, возможен. Сейчас дело заключается в том, чтобы успешно завершить ведущиеся м. представителями энергетического хозяйства и правительством переговоры о согласованных с законами рынка и конкуренции возможностях сокращения эмиссии углекислого газа. Основу договоренности создает осознание того, что добиться успеха в охране окружающей среды и защите климата можно только заодно с энергетическими предприятиями, а не вопреки им. Это доказывают и промежуточные итоги климатической политики Федерального правительства, подведенные осенью 2000-го года. Они свидетельствуют о том, что после 1990-го года только промышленность более или менее существенно сократила выброс углекислого газа в атмосферу. На транспорте и в быту эта цель не была достигнута. Обязательства, которые добровольно взяла на себя промышленность и к которым присоединилось энергетическое хозяйство, были выполнены даже досрочно и сейчас вновь повышены. В целом промышленность и энергетика в период с 1990-го по 2012-й год сократят выбросы углекислого газа на 28% и тем самым внесут свой вклад в политику протекции климата, проводимую Федеральным правительством Германии.

 

Чтобы в долгосрочной перспективе существенно увеличить вклад возобновляемых источников энергии в энергообеспечение Европы, необходимо уже на данный момент закладывать соответствующие основы. Энергетические предприятия уже принимают самые разнообразные меры. Так, у концерна Е.ОН самый большой в Германии удельный вес электроэнергии, вырабатываемой гидроэлектростанциями, он эксплуатирует самую большую в мире фотогальваническую установку, смонтированную на крыше, занимается разработкой топливных элементов. Энергетическая политика и энергетические предприятия ставят перед собой долгосрочную задачу будущего – насколько это возможно и необходимо - сделать источники возобновляемой энергии экономичными. Это – совместная задача, для выполнения которой необходимы как государственное содействие научным исследованиям и соразмерная помощь на старте, так и «ноу-хау» энергетических предприятий, обеспечивающие экономичность эксплуатации. Национальные принудительные меры, в отличие от описанного подхода, не помогут нам продвинуться вперед в политике протекции климата и охраны окружающей среды. Используя шаблоны вчерашнего дня, невозможно проторить путь в процветающее энергетическое будущее. Нам необходим общеевропейский подход, при котором ставка последовательно делается на единые европейские стандарты в области охраны окружающей среды и кооперацию м. государством и предприятиями.

 

Конкурентоспособность

 

А как же обстоит дело с конкурентоспособностью – третьим критерием энергетической политики, пригодной для будущего? В начале девяностых годов Европейская Комиссия осознала общеэкономические выгоды дотоле зарегулированных и отгородившихся друг от друга национальных рынков. Проведя широкомасштабную либерализацию, в орбиту которой оказались втянуты наряду с почтой и связью, железными дорогами и страховыми компаниями также привязанные к системам транспортировки энергоносители, электрический ток и газ, Комиссия высвободила чрезвычайно мощные силы. Либерализация рынков электроэнергии и газа позволяет не только урезать стоимость энергии, но и сформировать европейские структуры. Исторический шанс покончить с отгородившимися друг от друга региональными монополиями и освоить новые возможности роста предприятий в Европе послужил для Е.ОН решающей причиной с самого начала поддержать либерализацию энергетического рынка. Е.ОН, образовавшийся из слияния энергетических концернов ФЕБА и ФИАГ, укрепил свои позиции на германском рынке, вырвался в число лидеров на европейском рынке и инициировал новый порядок в энергетической отрасли Европы. Развитие событий до сего дня демонстрирует, что, вопреки некоторым опасениям, крупные энергетические концерны не поглощают мелкие предприятия. Я считаю, что этого не произойдет и в будущем. Скорее в лидеры вырвутся более мобильные и более конкурентоспособные предприятия всех «весовых категорий». В результате возникнет здоровый конгломерат, в который войдет небольшое число крупных энергетических концернов, активно занимающихся созданием стоимости на всех этапах, предлагающих в комплексе электроэнергию, газ и воду и оперирующих в масштабах всей Европы, и множество средних и малых фирм-поставщиков, специализирующихся на каких-то определенных услугах или расположенных в непосредственной близости от потребителей, которые могут воспользоваться своими специфическими конкурентными преимуществами. Поэтому у городских ТЭЦ и региональных снабженцев, которые вступят в конкуренцию, хорошее будущее. Правда, либерализация европейских энергетических рынков остановилась на полпути. Европа должна проявить готовность пожертвовать национальными структурами в пользу европейских. Этой готовности и недостает на европейском энергетическом рынке. Так, на данный момент мы все так же имеем в Европе «лоскутное одеяло» рынков электроэнергии, весьма сильно отличающихся друг от друга по степени открытости. Лишь Англия, Скандинавские страны и Германия полностью открыли свои рынки, у других стран степень открытости составляет от 30% до 40%. Но даже эти показатели в некоторых случаях стоят только на бумаге. На французском рынке электроэнергии иностранным поставщикам - за небольшим исключением - практически невозможно закрепиться. Италия приватизирует частично свое энергетическое хозяйство, в котором государство выступает монополистом, но заинтересованным зарубежным покупателям предлагаются только атомные электростанции. Прямой доступ к итальянским потребителям электроэнергии для них закрыт.

 

Конкурентные преимущества государственных концернов

 

Государственные концерны по-прежнему имеют солидные преимущества. Они могут действовать с позиций защищенных рынков. Им нет нужды работать с оглядкой на внушительные нормы прибыли, продиктованные частными акционерами. И на этом примере становится ясно, что одна только либерализация энергетического рынка при отсутствии приватизации в отрасли не придаст импульс честному состязанию, а скорее, создаст даже гипертрофированные условия конкуренции. Даже антимонопольные ведомства не воспользовались до сих пор имеющимися у них возможностями, чтобы стимулировать конкуренцию в Европе. Так, Европейская Комиссия, будучи компетентным антимонопольным ведомством, наложила при слиянии ФЕВА и ФИАГ такие обязательства, логику которых можно постичь, лишь обратившись к старому национальному размежеванию на энергетическом рынке. Хотя это и не поставило стратегические цели слияния под угрозу, все же возникает вопрос, как может при подобных обстоятельствах возникнуть европейский энергетический рынок?

 

Конечно, путь назад, к старым монополистическим условиям отрезан, и это хорошо, поскольку либерализация означает большой прогресс для потребителей. Либерализация, остановившаяся на полпути, с оговорками и лазейками, которыми можно воспользоваться, наполовину уменьшит дивиденды от конкуренции и одновременно существенно исказит последнюю. Ну, мыслимо ли, чтобы предприятия подобные Е.ОН, которые прилагают большие усилия, настраиваясь на конкуренцию, сталкивались в Европе с упорным национальным протекционизмом в области энергетики, а в собственной стране состязались с конкурентами, получающими большие дотации. Поэтому на данный момент необходимо последовательно претворять в жизнь решение Европейского Совета, принятое в марте 2000-го года в Лиссабоне и направленное на форсирование цикла полного открытия рынков электроэнергии и газа с ликвидацией всех ограничений.

 

Недостатки германской политики

 

Оглядывая окружающий европейский энергетический ландшафт, приходишь к заключению, что единой европейской энергетической политики все так же не существует, а есть, возможно, принятые на европейском уровне решения о политике охраны окружающей среды и конкуренции, которые оказывают значительное косвенное воздействие на энергетическую политику. Тягомотина с делегированием суверенитета в вопросах энергетической политики на европейский уровень длится с давних пор, но общей концепции с четким определением интересов и целей энергетической политики Европы как не было, так и нет. Об этом пишут недостатки и несуразица либерализации энергетического рынка и политики протекции климата, определяемой, в значительной мере, на национальном уровне. Помимо этих есть так же и другие примеры: о согласованной реакции Европы на последнее повышение цен на нефть не может быть и речи. Каждая страна приняла свои собственные меры, чтобы удовлетворить групповые интересы тех, кого это особенно сильно затронуло, или кто громче всех заявлял о своем недовольстве. Для Германии также была характерна быстро выдохшаяся активность правительства, пытавшегося посредством выделения дотаций на отопление жилья и налоговых послаблений, призванных компенсировать возросшие расходы на транспорт, уклониться от осознания того, что повышение цен на энергию является, собственно, одной из целей его политики.

 

Еще один пример – давно уже перезревшая необходимость гармонизировать европейские налоги на энергию. Федеральное правительство Германии констатировало в коалиционном договоре (прим. пер.: имеется в виду договор о создании правительственной коалиции м. Социал-демократической партией Германии и «зелеными»), что дальнейшее повышение экологического налога будет зависеть от прогресса в гармонизации европейского налогообложения энергии. А м. тем об этой зависимости на данный момент больше не упоминают, поскольку здесь так и не удалось быстро добиться успехов. Германский экологический налог означает откат назад в деле гармонизации европейского налогообложения. Каждый дальнейший этап повышения этого налога (прим. пер.: налог повышается поэтапно. 1 января 2001-го года начался третий этап: налог на дизельное топливо и бензин увеличился на 6 пфеннигов за литр, налог на электроэнергию вырос на 0,5 пфеннига за киловаттчас) увеличивает дистанцию м. нами и другими европейскими странами и осложняет тем самым столь необходимое выравнивание. И не последний вопрос – как Европейский Союз, не имеющий ясной концепции энергетической политики, собирается осуществлять предстоящее расширение? все - таки принятие в Союз стран-партнеров из Центральной и Восточной Европы выдвигает амбициозные интеграционные задачи как раз в области энергетики. С другой стороны, открываются новые энергетические рынки, в игру вступают новые конкуренты, и открываются многообещающие возможности для кооперации м. Западом и Востоком. Е.ОН уже на данный момент закрепился на энергетических рынках Польши, Венгрии и Чехии и собирается целенаправленно расширять свое присутствие. А для этого необходимы надежные рамочные условия кооперации м. Европейским Союзом и странами-кандидатами.

 

На фоне множества «недостроенных объектов» в европейской энергетической политике все яснее становится одно: европейскому энергетическому рынку через долгое или короткое время понадобится консистентная европейская энергетическая политика. До сих пор к переносу компетенции в энергетической политике на европейский уровень относились, не в последнюю очередь с германской стороны, скептически. Тем не менее на данный момент возникла настоятельная потребность в согласовании европейской энергетической политики. Европейская Комиссия осознала это и представила «зеленую книгу» энергетической политики, создающую хорошую основу для дальнейшей дискуссии. Германия должна активно и конструктивно участвовать в этом обсуждении. А для этого нам нужна подходящая для Европы, ориентированная на реалии европейского энергетического рынка германская политика в области энергетики и охраны окружающей среды.

 

Примечания

 

Ср.:Ди Вельт, 28.9.2000

 

http://www.deutschebotschaft-moskau.ru/ru/bibliothek/internationale-politik/index.html

 

Журнал Internationale Politik

 



ПРАВИЛЬНЫЙ ВЫБОР Сетевые насосы. FloBossTM 103. Энергосбережение в промышленности. Газовый кризис – предвестник бед.

На главную  Энергетические ресурсы 





0.0137
 
Яндекс.Метрика