Промышленная резка бетона: rezkabetona.su
На главную  Теплоизоляция и экономия энергии 

Государственная отрасль

Андрей Кобяков

 

Роль топливно-энергетического комплекса в экономике России огромна. Можно даже говорить о его неоправданно высоком удельном весе. Доля ТЭКа в производстве промышленной продукции составляет 25%, в экспорте - 53%, он приносит 37% всех налоговых поступлений в консолидированный бюджет. От правильного решения накопившихся и прогнозируемых проблем в энергетических отраслях в значительной степени будет зависеть судьба экономики России в целом. На это формально нацелена и серия намеченных реформ в ТЭКе, первой из которых должна стать реформа электроэнергетики. К сожалению, многие из предлагаемых рецептов вызывают сомнение в их обоснованности и эффективности.
Потребности и возможности

 

Как известно, в результате промышленного спада, наблюдавшегося в первой половине 90-х годов, потребление энергии в России существенно сократилось: в 1999 году общее потребление энергоресурсов было на 31% ниже, чем в 1990 году. При этом важные изменения претерпела его структура. Доля природного газа в общем объеме потребления первичных энергоресурсов за этот же период увеличилась с 42 до 52%, вследствие чего доля нефти и нефтепродуктов упала с 30 до 21%, доля угля - с 21 до 18%, доли гидро- и атомной энергии остались практически прежними (график .

 

Понятно, что возобновление экономического роста поставило на повестку дня вопрос об обеспечении нужд растущей экономики в энергии, поскольку возникший после спада потребления запас прочности стал таять на глазах и уже в скором времени начнет ощущаться нехватка текущих производственных мощностей ТЭКа.

 

В Энергетической стратегии России на период до 2020 года и в ее Основных положениях содержатся расчетные потребности в энергии для двух различных сценариев экономического роста:
- оптимистичного варианта, при котором экономическая, налоговая и ценовая реформы гарантируют результативность и эффективность внутреннего рынка при отсутствии каких-либо серьезных волнений на международных энергетических рынках;
- пессимистичного варианта с учетом возникновения проблем на внутреннем или международном фронтах.

 

Оптимистичный вариант предусматривает ежегодный рост ВВП на уровне 5-6% с целью достижения европейского уровня жизни. К 2020 году при данных условиях развития объем ВВП России возрастет по сравнению с уровнем 1998 года в 3-3,15 раза. Пессимистичный сценарий предполагает ежегодный рост ВВП в размере 2,5-3,5%.

 

Энергетическая стратегия России предполагает увеличение пост * энергии до 2020 года с учетом внесения корректив в энергетическую политику (прежде всего мероприятий по энергосбережению), и изменение существующей ныне структуры энергобаланса. Последнее,, связано с осознанием риска за энергетическую безопасность России вследствие сильной зависимости страны от природного газа. Стратегия фактически направлена на возвращение примерно к той структуре производства и потребления первичных энергоресурсов, что действовала в 1990 году, при некотором сокращении доли нефти и относительном увеличении доли атомной энергии. По оценкам, потребность энергетического сектора страны в инвестициях на период с 2001-го по 2020 год составляет около 550-700 млрд. долларов США.

 

Без мероприятий в области энергоэффективности для обеспечения темпов прироста экономики на 5-6% в год (оптимистичный сценарий) нужен трехкратный рост потребления первичных энергоресурсов. Что практически нереально, принимая во внимание, какие капиталовложения для этого необходимы. Энергетика может стать барьером на пути экономического роста.

 

При условии проведения энергосберегающих мероприятий, структурной перестройки экономики в пользу менее энергоемких отраслей и внедрения энергоэффективных технологий указанный экономический рост к 2020 году повлечет, согласно расчетам Министерства энергетики РФ, рост потребления первичных энергоресурсов примерно на 35%, а электроэнергии - на 75-80% при снижении энергоемкости ВВП наполовину (график .

 

Наперекосяк

 

Обеспечить соответствующее целевому экономическому росту увеличение производства и потребления энергии невозможно без сознательного управления энергобалансами. В связи с чем Министерство энергетики предложило повысить статус прогнозных балансов, положив их в основу принимаемых решений органами исполнительной власти в области регулирования цен и тарифов на продукцию естественных монополий, и экспортных пошлин.

 

Выступая 20 ноября 2001 года на совещании с участием президента Владимира Путина и руководства Газпрома в Новом Уренгое, министр энергетики Игорь Юсуфов заявил, что в стране сформировалась нерациональная структура топливно-энергетического баланса, необоснованно ориентированная на преимущественное использование газа в качестве топлива. Реализуется политика дешевого газа в условиях роста цен на альтернативные виды топлива, стоимость на которые в период с 1999-го по 2001 год повысилась в 3,9 раза. стоимость же на газ увеличилась в 1,6 раза. В результате газ в 1,8 раза дешевле угля и в три-четыре раза дешевле мазута. Следствием этого является отсутствие перспективы развития газовой отрасли, требующей в настоящее время крупных инвестиций.

 

Из всего этого г-н Юсуфов сделал вывод о том, что для устранения перекоса в балансе потребления энергоресурсов, и для восстановления соблазнительности инвестиций в освоение новых месторождений газа необходимо поднять цены на него в три-четыре раза. Эта тема вновь обсуждалась на недавней встрече Путина с угольщиками.

 

На самом же деле перекос в энергобалансе возник не вчера. Основы его были заложены так же в конце 50-х годов, когда начался массовый перевод ТЭЦ на дешевое в те времена нефтегазовое сырье. Правда, со временем оно стало дорожать из-за переноса мест его добычи все дальше на восток, и государство было вынуждено начать субсидировать цены на него. С распадом СССР и началом экономического кризиса в России, как ни странно, цикл этот усугубился проводившейся линией на закрытие убыточных шахт и сворачивание добычи угля. И лишь какое-то время спустя стала очевидна опасная однобокость энергобаланса и его гипертрофированная зависимость от газа.
на данный момент в условиях промышленного роста, вызвавшего увеличение энергопотребления, собственного газа стало не хватать: его текущее производство связано долгосрочными экспортными контрактами, а на освоение новых месторождений не хватает средств (к тому же производитель слабо мотивирован низкими внутренними ценами). В итоге теперь нам приходится для внутренних нужд импортировать туркменский газ, а в перспективе, возможно, будем импортировать казахстанский и азербайджанский газ.
Вполне правомерна постановка задачи исправления перекоса в энергобалансе за счет увеличения производства и потребления угля, использования альтернативных источников энергии, развития малой энергетики. Вопрос только, как и из каких источников все эти проблемы решать.
Союз энергетики и экономики

 

И все-таки энергетики подчас демонстрируют не государственный, а ведомственный подход к проблеме. Например, популярен тезис о ликвидации перекрестного субсидирования различных групп потребителей. В принципе этот тезис можно считать верным, но только в рамках стратегического целеполагания. Тактических возможностей для его осуществления явно недостаточно, что объясняется низкими доходами населения и крайне тяжелым финансовым положением бюджетных отраслей. В этих условиях перекрестное субсидирование одних групп потребителей другими является печальной, но, увы, неизбежной необходимостью. Заметим к тому же, что перекрестное субсидирование различных направлений деятельности внутри компаний -- обычная практика во всех развитых странах.

 

так же с большим пафосом выдвигается тезис о том, что фактическое субсидирование естественными монополиями реального сектора экономики подрывает экономическую базу расширенного воспроизводства естественных монополий. На это можно возразить: зато это субсидирование создает хорошую базу для расширенного воспроизводства и модернизации всей остальной экономики, что гораздо важнее, исходя из необходимости структурной перестройки российской экономики и повышения в ней удельного веса отраслей с высокой долей добавленной стоимости и уменьшения удельного веса сырьевых отраслей. В противном случае произойдет консервация и усугубление негативных тенденций структурных сдвигов в экономике, которые имели место в 90-е годы.

 

Энергетики видят решение всех своих проблем в кратном увеличении энерготарифов. но принятие подобных простых решений в сложнейшей системе, какую представляют собой взаимные связи м. энергетикой и экономикой, фактически ниразу не бывает эффективным. Малоубедительна и ставка реформаторов на одни только либерально-рыночные механизмы. Думается, что без государственной программы введения новых мощностей и строительства новых энергетических объектов, потребности страны в энергии удовлетворены не будут, и все разглагольствования о самостоятельном инвестировании останутся лишь разговорами.

 

За примерами далеко ходить не надо. Отказ от государственного жилищного строительства повсеместно в России вызвал сокращение объемов вводимого жилищного фонда на порядок по сравнению с докризисным уровнем. И причина очевидна - низкие доходы населения (а вовсе не отсутствие потребности в жилье). То же самое может произойти и с энергетикой. Кратное увеличение тарифов на энергосырье и электроэнергию повлечет лишь резкое сокращение потребления энергии. И отнюдь не за счет ее экономичности и более бережливого использования. Трудно полагаться на сохранение, скажем, промышленного энергопотребления, когда доля убыточных предприятий в стране в этом году уже достигла фактически половины всего списка. Неужели не понятно, что результатом такой энергореформы станет острый спад производства, по своим масштабам сопоставимый с тем, что наблюдался в начале 90-х годов?
Энергетики пишут, что повышение цен и тарифов повлечет приток инвестиций в отрасль. В этом утверждении опять звучат ведомственные ноты. Даже если это и произойдет, спад производства в стране повлечет за собой общее падение инвестиционной соблазнительности России. А, следовательно, итог для страны будет отрицательным. Да и кто бы жаловался на недостаток инвестиций? Анализ структуры капиталовложений демонстрирует, что доля инвестиций в ТЭК в общей структуре инвестиций в промышленности в два раза превышает его долю в промышленном выпуске (см. статью К. Тремасова Инвестиционный перекос, РП, №8, с. 6 .

 

Все сказанное отнюдь не означает, что мы пытаемся отрицать наличие больших проблем в энергетическом секторе. Просто надоело наблюдать это бесконечное перетягивание одеяла на себя, которое не имеет никакого отношения к интересам государства и его населения. Хотя кое-кто при этом и прикрывается ими как предлогом.
Попытка решать проблемы энергетического сектора отдельно от проблем всей экономики порождает стремление решить их за счет всей экономики.
Мы вам, господа, в этом не союзники.

 

Источник: http://www.ruspred.ru

 



НТЛ ЭлИн и ТЕРМОХРОН. Система вентилируемых фасадов. УТВЕРЖДАЮ. Предложение по созданию регионал.

На главную  Теплоизоляция и экономия энергии 





0.0181
 
Яндекс.Метрика