Промышленная резка бетона: rezkabetona.su
На главную  Управление энергией 

Выступление А

31 мая 2000г., Конобеево

 

1 день. Установочный доклад.

 

Я принял для себя решение, у меня сомнений нет. весьма хотелось бы, чтобы не только правление компании, которое для себя это решение приняло, но и весь высший менеджмент компании.

 

Я говорю сейчас и о холдинге, и о дочерних компаниях, и о наших генеральных директорах, и об их командах, и не только об АО “Энерго”, но и о станциях, ЦДУ, представительствах, короче, о всех тех, кто на данный момент реально определяет политику и повседневное руководство деятельностью компании РАО “ЕЭС России”, весьма хотелось бы, чтобы для всех эта логика была понятна.

 

То, ради чего мы на данный момент идем с вами на конфликты, на противостояние, то, из-за чего мы на данный момент получим с вами десятки разнообразных агрессивных атак с разных сторон, от чисто политических, понятных, отъявленных, убогих депутатов, до людей, считающих себя профессионалами в области энергетики, по всему спектру, то, из-за чего мы получим достаточно много новых головных болей, проблем, лишних дискуссий, обвинений в том, что мы преследуем какие-то корыстные интересы, то, на что нам придется тратить массу времени, массу дополнительных усилий, которые можно было бы не тратить, это все – ради одного вопроса.

 

Того, с которого я начал. Работа энергетики страны через пять лет. Или отсутствие этой работы. Превращение России в энергодефицитную страну. Именно вот так, а не для какого-то политического ажиотажа, по сути, так я понимаю для себя ситуацию.

 

Уже основательно влезая в структуру, , контуры нашего проекта, как вы знаете, мы достаточно детально анализировали, изучали все то, что делается в мире. Первое, что меня поразило, это то, что, к сожалению, многие люди, считающие себя профессионалами в нашей сфере и признанные такими, не имеют вообще никакого представления о том, что в мире происходит в энергетике.

 

Это я могу сказать на данный момент с полной уверенностью. И не только зная публикации, дискуссии, научные конференции, но и просто видя собственными глазами ту базовую тенденцию, которая на данный момент реально имеет место быть в более, чем в двадцати американских штатах, в Великобритании, во всех скандинавских странах, во всей Западной Европе без исключения, в Казахстане, в Австралии, в Бразилии, список можно продолжить.

 

На основании этого я пришел к убеждению (и это не только мое убеждение, это позиция серьезных рыночных аналитиков энергетического сектора, работающих в реальном энергетическом рынке во всех странах мира) в том, что дерегулирование и реструктуризация энергетических компаний – это на данный момент, в 2000 году, абсолютно преобладающая, доминирующая, универсальная общеобщемировая тенденция. То, что мы хотим делать здесь, у нас в России, не является открытием, изобретением, не является чем-то внезапно придуманным, а полностью отражает тот цикл, который происходит десятках стран мира, в том числе в тех, которые я перечислил.

 

Базовые идеи на самом деле предельно просты. Есть генерация, которая по определению не является монополией. Она должна работать как любой нормальный бизнес, в конкурентной среде, без какого бы то ни было административного государственного регулирования цен, с нормальным рыночным тарифообразованием, конкурируя м. собой за снижение затрат.

 

Это – базовая, простая, элементарная идея, за которой стоит решение одной из ключевых наших задач, задач под названием “создание заинтересованности в снижении затрат, заинтересованности”, которой на данный момент нет и быть не может в затратном тарифообразовании, точно также, как ее нет и не может быть ни в каком секторе народного хозяйства, ни в какой отрасли, если там стоимость определяется путем торга политического или любого иного, торга м. предприятием и административным начальством. Предприятие будет доказывать, что у него затраты растут, начальство будет пытаться его поймать, все образование тарифов в нашей стране действует по принципу “кто кого обманет”.

 

Так в реальной жизни устроена эта схема, собственно, так она была устроена и в нашей родной Стране Советов в течение 75-ти лет, именно эта схема и привела нашу страну к всеобщей экономической катастрофе, именно эта схема до на данный моментшнего дня в абсолютно неизмененном виде действует в нашем с вами секторе, в секторе энергетики.

 

Все ее родовые болезни, все ее родимые пятна тысячу раз изучены, проанализированы, обсуждены, все дискуссии на этот счет отгремели уже 3-5-7 лет назад. Все теоретические вопросы уже решены много лет назад, и, тем не менее, мы с вами по-прежнему живем по этому же самому принципу.

 

Ну что, на газ повышают тарифы? Ну, повысили. Нам повысили тарифы на газ, пойдем повышать наши тарифы. У нас есть принцип. возможность что-то там наэкономить всерьез? Зачем? Зачем нам снижать затраты? Если мы, не дай Бог, это сделаем, завтра нам ФЭК урежет наши тарифы. Все наше мастерство, весь наш талант, весь наш профессионализм, все наши специальные знания мы должны направить на то, чтобы обмануть. Сумели обмануть? Класс! Получили доход. Не сумели? Плохо. Вот к чему толкает нас вся существующая система. По этим законам мы и живем.

 

Ресурс времени, отведенный на это, в моем понимании исчерпан. Так дальше жить никак нельзя. Это все, что касается генерации и рынка в этой сфере. Сеть – монополист, естественный монополист, и, конечно же, он и должен регулироваться государством, потому что здесь ничего другого в природе не изобретено пока.

 

Думаю, что и не будет изобретено. Давайте то, что является неизбежным злом, так и понимать, а то, что не является неизбежным злом – наоборот, выстроим из этого нормальный современный бизнес. То же самое касается и сбыта, будь то оптовый сбыт или розничный сбыт, который, конечно же, не является монополией и не должен ею являться, как бы для нас с вами не было соблазнительным выстроить как-то хитро конструкцию чтобы держать руку на пульсе или на горле у всего сбыта. Это будет неправильно, нежизнеспособно.

 

Жизнеспособно для нас на данный момент – не пытаться удержать эти искусственные монопольные позиции, а поняв неизбежность всех этих преобразований, поняв их глубинную необходимость для страны, для нашей компании. Осознав все это, возглавить этот цикл так, чтобы не пытаться удержать монопольные позиции, а наоборот, чтобы встроиться в него в конкурентной борьбе, выстроить свою работу так, чтобы объехать конкурентов нормально и жестко, так, чтобы получить максимальные доходы.

 

Но в нормальной конкурентной борьбе, а не за счет того, что мы будем не допускать к ликвидным потребителям или иными способами лишать их возможности конкурировать с нами.

 

Вот, собственно, простые, примитивные, очевидные истины, которые всем вам прекрасно известны, которые заложены в основу того, что называется реструктуризацией РАО “ЕЭС России” и либерализацией энергетического рынка в России. Для меня приятным парадоксом является то, что как раз в этом смысле, как раз в нашей отрасли, весь мир, как я уже сказал, идущий по тому же самому пути, только-только к этому пути пришел. По сути дела, во всем мире реструктуризация и либерализация энергетики – это цикл последних трех-пяти лет.

 

Есть, как мы знаем, пионеры, это Калифорния, Новая Англия, Великобритания, которые начали раньше, а массовые циклы – это последние три-четыре года. И в этом смысле мы ни от кого не отстали, не плетемся в хвосте, а наоборот, если сейчас будем голову засовывать в песок, точно безнадежно отстанем.

 

Тут у нас есть прекрасная принцип. возможность существенно продвинуться вперед, в русле тех тенденций, которые идут во всем мире. Больше того, у нас есть хорошая принцип. возможность проскочить один этап, который вообще в России в энергетике может быть незаметно обойден.

 

Что фактически происходило и на данный момент так же происходит во множественных странах мира и отчасти у нас? Вот что такое все эти независимые производители энергии, Greenfield Investment, IPP, все эти законы о том, чтобы кто-то что-то генерирующее построил рядом с энергосистемой, защитить его, дать ему право доступа к сети (что весьма любят у нас в ФЭКе обсуждать), дать ему право продавать свою продукцию, на таких же основаниях?

 

Или то, что пытались сделать, в том числе и с моим участием, 3 года назад в виде независимого финансового оператора – все это попытки рядом с большой, мощной системой собственной энергетики выстроить что-то второе, независимого производителя, независимого финансового оператора, что-то большое независимое. А потом гоняться с дубиной за этой большой системой, чтобы она позволила этим небольшим, рядом с ней построенным системам. работать с ней на равных началах.

 

Никогда в жизни этого не будет. ниразу большая система не будет работать на равных началах с маломощными беспомощными попытками конкурировать с ней. Она их придушит в зародыше, и найдет массу способов для этого.

 

Даже в странах с массовыми системами наказания за нарушение правил, развитыми правоохранительными системами это все равно в жизни происходит так. Либо наоборот.

 

В Америке я говорил с одним из экспертов, считающимся крупным энергетиком. Он говорит: “Вы знаете, я сам акционер в независимой * компании, построенной в штате Нью-Йорк, и по законам, когда сенаторы хотели защитить эти независимые * компании, дело кончилось тем, что они заставили основные * компании покупать электроэнергию у независимых компаний по самой высокой цене, которую те предлагали. Перекосили ситуацию в обратную сторону.

 

В итоге, - он сказал, - мы им на данный момент продаем электроэнергию по 7 центов, что даже по американским понятиям абсолютно дикая цена. А обязаны покупать, потому что так закон выстроили”.

 

Вот эти все убогие выверты либо в одну сторону, когда система душит независимого генератора, либо в другую сторону, когда за этой крупной системой гоняются с тем, чтобы заставить ее обязательно что-то покупать. Все это на самом деле неправильно. Это все изначально убогие конструкции попытаться рядом с настоящей, работающей, серьезной, мощной машиной что-то такое на коленках собрать и потом выстроить какие-то законы, которые будут заставлять эти две неравные конструкции работать на равных началах. Изначально ложная посылка. Я говорю на данный момент об организационном конструировании, о бизнес-дизайне.

 

У нас есть уникальная возможность: вообще не заниматься всей этой эквилибристикой, а вместо этого просто создать систему, когда будут независимые производители, эти самые IPP, или как-то иначе называющиеся, и будут генерирующие мощности, существующие на данный момент. Они и должны стать независимыми.

 

У нас с вами есть уникальная возможность, когда НФО, независимый финансовый оператор, не будет никаким выстроенным сбоку независимым финансовым оператором, а будет наш ЦДУ, бывший РДЦ, который, собственно, и берет на себя функцию выстраивания конструкции рынка не в стороне от реального рынка, а в сердцевине, там, где он существует, где он должен существовать.

 

Иными словами, у нас есть принцип. возможность пропустить эту убогую стадию, по которой поехали в этом направлении многие страны мира, в т.ч. США, объехать их на повороте. Построить то, к чему они на данный момент только идут. Они на данный момент (в США, я уже сказал, уже примерно 20 штатов реструктуризировались) бурно обсуждают закон о равных условиях для энергетиков в разных штатах, смысл которого состоит в том, что если в данном штате производители получили право независимой продажи, ваши потребители тоже должны получить право независимой покупки электроэнергии из других штатов. Вот такие внутренние конструкции.

 

У нас есть принцип. возможность все это объехать. Есть принцип. возможность не ввязываться в сложнейшие проблемы с собственностью. В этом смысле тот факт, что у нас 52% госсобственности – это большое преимущество, резко облегчающее процедуру принятия решений. У нас с вами есть возможность, с умом подойдя к базовой преобладающей мировой тенденции так ее встроить в российские реалии, чтобы от этого максимум выгоды для страны и для энергетики.

 

Все это, может быть, немного общие слова. Мы с вами находимся в стадии общих подходов, мы должны предельно технологично и профессионально проработать каждую из составляющих частей наших преобразований. С этой целью уже выработана новая версия концепции, с этой целью работали наши как минимум 8 рабочих групп, с этой целью мы с вами здесь собрались.

 

Я бы хотел обозначить 2-3 приоритета в той работе, которая сейчас начнется и которая на данный момент для нас особенно важна.

 

Первый. Поскольку на данный момент здесь представлены практически все категории участников рынка и все категории, связанные с энергетикой: и сама головная компания, и генеральные директора АО “Энерго”, и станции, и ЦДУ, и региональные власти, и потребители наши, и атомщики, все участники взаимоотношений в нашей сфере, я бы считал весьма важным, чтобы мы более подробно посмотрели на данный момент на ситуацию в региональном аспекте. И с позиции директора АО “Энерго”, и с позиции региональных властей.

 

Мне кажется, принципиально важным увидеть на данный момент, что для губернатора, для зама губернатора, ведущего энергетику, находится в этом ящике Пандоры, что там в опасности, что в плюсах, какие там скрытые возможности, которые на 1-й взгляд, не весьма видны, которые неизбежно появляются при реализации нормального реструктуризационного проекта АО “Энерго”, что получает регион, что получает региональная власть, население, потребитель в регионе от этого.

 

Я попросил бы этот региональный срез более подробно на данный момент проработать. Другая его сторона – это генеральный директор АО “Энерго”. Поставлю вопрос совсем прагматично. Зачем генеральному директору АО “Энерго” все это нужно? Что он с этого получает? Я считаю, что если мы с вами не выстроим нормальных, цивилизованных, весьма мощных стимулирующих механизмов, заинтересовывающих директора АО “Энерго” в этих преобразованиях, то он все равно состоятся, но эти стимулирующие механизмы возникнут сбоку, в полутеневых вариантах, которые нам не нужны. Зачем?

 

Давайте думать о прямых, нормальных, внятных схемах, об опционе для гендиректора и высшего менеджмента АО “Энерго”, о его праве на получ. в частную собственность какого-то из объектов из частей реструктуризированного АО “Энерго”, абсолютно прозрачную. Давайте защищать это перед нашим советом директоров, перед нашими акционерами, давайте добиваться для наших генеральных директоров таких прав. Я хотел просить вас в ходе работы ее детально продумать. Это второй приоритет.

 

И третья точка. Нам весьма нужен сейчас взгляд на всю технологию преобразований глазами нашего акционера РАО “ЕЭС РОССИИ” и глазами акционера АО “Энерго” и федеральной станции. Нам нужно увидеть всю технологию преобразований собственности с возможными вариантами, с оценкой преимуществ и недостатков каждого из этих вариантов. И с точи зрения акционера, владеющего большинством, и меньшинством.

 

Даже процентом – не менее важно потому, что этот акционерный срез всего набора преобразований нашей компании для нас является сердцевинным, поскольку сверхзадача всего, что мы обсуждаем – это из всего набора целей и задач – самая ключевая сверхзадача – массированное, крупномасштабное привлечение частных ресурсов для модернизации компании. Это сверхзадача.

 

А если мы собираемся привлечь миллиарды долларов новых, частных денег в наши основные фонды, то очевидно, что мы при этом не имеем право даже на миллиметр, даже на один рубль ущемить права существующих акционеров, владеющих хотя бы тысячной прцентажа акций. Для нас смертельны конфликты с мизерными акционерами. Вот с Минтопом – сколько хочешь. С частными акционерами – ни в коем случае. Любой факт нарушения прав частных акционеров будет расцениваться как предательство интересов компании.

 

Хотел бы, чтобы мы этот аспект ясно понимали и просил бы вас в ходе работы на этот аспект обратить особое внимание.

 

Завершая свое вступление, должен сказать: компания будет реструктуризирована. Энергетический рынок в России будет либерализован. В этом не должно быть ни у кого сомнений. Все те, кто будут высказывать критические замечания, приветствуются. Это нормально и естественно. Все те, кто будут пытаться остановить цикл, будут сметены. Или обойдены. Не так важно. Задача будет решена вне всякого сомнения. Наша с вами задача – сделать это так, чтобы это было максимально эффективно и с минимальными затратами.

 

Заключительный доклад.

 

А. Б. Чубайс: Я хотел несколько слов сказать к итогу разговора. Прежде всего, общее впечатление от того, что здесь происходило три дня, из которых фактически два я был вместе с вами. Общее впечатление предельно позитивно. Мне кажется, что работа прошла весьма серьезная и результат она дала многообразный и весьма серьезный. Это может быть и ощущение, и понимание. Больше не об общем ощущении, а о некоторых соображениях на этот счет.

 

Несколько конкретных, может быть, частных, может быть, обобщающих высказываний по тому, что здесь обсуждалось и говорилось.

 

Прежде всего, потерялся кусочек про постоянно действующий анализ мирового опыта. Может быть, он где-то запрятан, но я его не услышал. По-моему, во-первых, это абсолютно важно, во-вторых, это просто, в-третьих, это крайне выигрышно. Нам нужна такая постоянная мясорубка, которая просто будет показывать картинку по каждой из стран (условно, Казахстан) так, чтобы в нашем сообществе было ясное понимание – вот перечень плюсов, вот перечень минусов.

 

То, что сделано неправильно, и ошибки, которые на результатах всего этого сказались, к чему это все привело.

 

Причем я убежден, что такая работа, достаточно простая по организации, должна работать и на того, что будет вырабатываться, она же должна работать и на PR-составляющую, чтобы над статьями Виктора Васильевича Кудрявого по зарубежному опыту реструктуризации многозначительные люди просто улыбнулись и пошли дальше. Поскольку весь мировой опыт абсолютно железно и однозначно доказывает, что реструктуризация и либерализация – это единственно возможная здравая, внятная тенденция в мировой энергетики на данный момент. Мы это должны и содержательно адаптировать, и с позиции PR по максимуму использовать.

 

Еще одно соображение. У меня сложилось впечатление, что весьма хорошо по всем направлениям (восемь у нас получилось в итоге) вы пошли в глубину, в содержательные вопросы по каждому из этих блоков. И это классно.

 

Просьба ко всем, кто работал и будет работать над этими вопросами: не утеряйте, пожалуйста, целостную картинку. И с позиции взаимосвязи м. отдельными частями Об этом здесь говорилось, и это правильно – просто я должен так же раз подчеркнуть и сказать о том, что нам потребуется нечто, типа сводного сетевого графика проекта.

 

Как мне представляется, мы до этой стадии уже дошли и, судя по тому, что здесь прозвучало, вполне пригодно для того, чтобы из этого, даже оставляя какие-то внутренние неясности, спорные вещи, выйти на некий документ, абсолютно административный по методам – приказ председателя правления или рабочий документ, утвержденный правлением в целом. Общий сетевой график работ.

 

Такую задачу я бы поставил перед разработчиками как ближайший этап. Как мне кажется, это неделя срока. Не больше. Я допускаю, что в чем-то потом он уточнится, какие-то его части переформулируются. Но считаю, что тем не менее эта работа может быть сделана. Это взаимосвязи м. внутренними частями.

 

Вторая сторона этого взгляда извне состоит вот в чем: дело в том, что вы углубляетесь внутрь, и это правильно. так же много этапов этого углубления впереди, но все - таки в значительной степени все то, что мы делаем, оценивать будут извне, взглядом извне, который многие из проработанных вами деталей вообще не увидит, не услышит, не поймет, не узнает. И не надо. И не надо этому взгляду извне понимать всю глубину пяти слоев анализа структуры ФОРЭМа или измерительных систем коммерческого учета на ФОРЭМе в розничном и оптовом рынке. И это не нужно. Но, что абсолютно необходимо, это понимание того, что этот взгляд извне имеет несколько проекций, каждая из которых дает свою картинку.

 

Вот если вы опуститесь сейчас вниз, я попробую эту картинку нарисовать и два слова о ней сказать.

 

Вот мы с вами этот трактор изобрели, и на него смотрят с разных сторон. Смотрит начальство, по которому в целом картина достаточно оптимистичная, и я об этом чуть позже скажу. Смотрит сбоку губернатор. Смотрит снизу директор, акционер, кредитор. У каждого из них формируется свой взгляд. Я понимаю, что у каждого из них масса вопросов, и то, что в результате сформируется у них в голове, нам пока не до конца ясно. Здесь есть задача, во-первых, абсолютно содержательная. Я об этом чуть позже скажу. Часть я вам открою, а часть не готов открыть. Я хочу, чтобы вы раскрыли сами. Это нужно и для них самих, это нужно для меня. В данном случае - обобщенного меня: Завадникова, так же кого-то, руководителя представительства, - всех тех, кто будет общаться с этими категориями. Вот в таком самом тупом варианте я должен ясно понимать.

 

Берем губернатора. Дайте мне на страничку перечень типовых наездов со стороны губернатора на меня, перечень моих типовых ответов по тому, что он не увидел в концепции, и что в действительности гарантирует ему светлую и счастливую жизнь при свете и тепле.

 

То же самое касается акционера, кредитора. Кредитор у меня изображен более вытянутым: с ним не до конца все понятно.

 

То же самое касается директора. Кстати говоря, я не получил ответа на тот вопрос, который поставил в самом начале нашего разговора о мотивациях директора. Что-то это пока у нас м. пальцами просочилось. Абсолютно сердцевинная вещь. Все равно, что в двигатель этого трактора забыть солярку залить, а потом удивляться, что он медленно едет. так же раз настаиваю: необходимо проработать систему мотиваций и стимулов лобовых материальных опционов для генерального директора в этом цикле. Без этого не сдвинется с места машина.

 

возвратимся назад. Я просил, чтобы эта картинка была у авторов в работе, и чтобы ее реализация нам дальше всем помогла, и в том числе и мне, поскольку меня это сильно и постоянно трогает.

 

То, что я имел в виду, когда речь шла о взгляде извне, со стороны акционера, это схема того, что происходит с потоками собственности в АО-“Энерго” и в РАО “ЕЭС”. Вот у него 10 % в “Оренбургэнерго”. У нас с вами в голове: вот “Оренбургэнерго”, вот генерирующая компания одна, вот вторая, вот сеть. Решетов говорит: “Диспетчеров отделите”. “Оренбургэнерго” говорит: “Не надо, мы 100 %-ная дочка”. Но это наши разговоры. Решили мы, что с ним происходит по картинке, по бизнесу, так наложите эту картинку на собственность, покажите акционеру, что открывается перед ним по вариантам, как эти варианты технологически будут выглядеть, куда эти его 10 % могут пойти, в какие стороны, куда они не могут пойти. Дайте какую-то сравнительную картинку преимуществ и недостатков каждого из этих возможных потоков собственности. И это для акционера ключевой вопрос.

 

То же самое и для кредитора. И есть так же одна сторона дела. Это зеркальный взгляд с противоположной стороны. Это потоки не материальные, а финансовые. Я имею в виду: свершилось это счастливое будущее, и полился на нас золотой дождь в виде мощных инвестиций. Технология этих потоков? Куда и как они попадают? Каким образом эти потоки попадают в модернизацию самой станции? – Самый простой вариант. Каким образом эти потоки через нас попадают в ЦДУ, или, вернее, в системного оператора? Каким образом эти потоки через нас попадают в системы коммерческого учета в преобразованном РДЦ? Дайте картинки финансовых потоков от источника и до целевой точки.

 

Как они будут выглядеть? Мы уже сейчас на стадии, как вы говорите, когда эту задачу можно ставить и когда мы это должны отчетливо понимать. Пока я говорю о картинке в виде квадратиков, значит об общей схеме. А дальше мы, естественно, эту общую схему будем накладывать прямо на “Самараэнерго”. Но в момент м. типовой картинкой и конкретной картинкой для “Самараэнерго” мы с вами сделаем важнейшую работу. Работу под названием “формирование наших приоритетов”, и потом эти приоритеты должны модифицировать реальные потоки при реструктуризации каждой конкретной структуры. значит вначале мы должны понять возможные схемы, дальше заставить эти схемы работать в тех приоритетах, которые у нас с вами должныбыть сформированы, а потом уже это прикладывать туда. Так, чтобы конкретная схема реструктуризации каждого АО, выбор методов продаж, был подстроен под эту целевую задачу. Вот эту сторону я бы тоже просил вас проработать более основательно.

 

Слушая множественных докладчиков, пришла в голову простая мысль о том, что из того, что на данный момент прозвучало – штук двадцать кандидатских диссертаций и минимум четыре-пять докторских. Я уж не знаю, как к этому делу молодежь относится в наше время. Может быть, уже неинтересно. Но вот в наши времена это было значимо. Я просто хотел сказать о том, что те, для кого это интересно, те, кто бы хотел в это дело врубиться в этом плане, получат мою поддержку. Я – за. Считаю, что это правильно. Точно так же, как в РАО “ЕЭС” поддерживались технические диссертации, кандидатские, докторские. Это правильно. Это повышает общий уровень корпоративной культуры. Точно так же я бы считал, что то, что мы с вами делаем, в чистом виде называется “новое научное направление” – базовое требование к докторской диссертации. Вот это новое научное направление.

 

Рынок в энергетике. Здесь, конечно же, большой простор. Мы наберем с вами гигантские объемы данных, гигантскую информацию, получим уникальный, безусловно, опыт. А на общем мировом фоне, хоть я и говорю, что весь мир туда двинулся, тем не менее мы очевидно не последние. Мы в хорошей первой трети идем. А с позиции масштабов, степени сложности – это просто беспрецедентная задача, и вполне здесь можно обеспечить для себя и некий квалификационный рост. Призываю к этому всех тех, кому это может показаться интересным.

 

Внешние соображения. Ближайшие задачи. По срокам я могу только добавить чуть более общие соображения. Здесь назывался срок 1 апреля будущего года. Он мне нравится. Срок хороший и правильный. Хороший так же и в том смысле, что раньше, видимо, нереально, зимой, видимо, невозможно. Сдвиг более поздний рискован, потому что опять же входим в зиму. Базовый риск состоит в том, что если мы с вами поменяем апрель на июнь, а июнь в жизни выльется в сентябрь, то в сентябре уже просто крайне не желательно этого делать, и мы будем вынуждены с вами потерять целый год, чего не хотелось. Поэтому давайте как целевую задачу держать для себя первое апреля, а лучше 31 марта. Это по срокам.

 

По общей политической ситуации. Я тут написал: “сдержанно - позитивно, с точками бурного протеста и неявными зонами глухого сопротивления”. Я ее воспринимаю так. Это означает, что точки бурного протеста хорошо известны. Они устраивают нас вполне. Такой протест нам нужен. Глухое сопротивление тоже достаточно понятно. должен обратить внимание, что значительная часть этого “глухого сопротивления” обусловлена просто плохим знанием и недостаточной информированностью. И это наша задача. Здесь нам надо наваливаться, врубаться вперед.

 

Вот на данный момент Смирнов от Центрэнерго проводит у себя коллегию с нашими материалами. Эти материалы пошли вперед. То же самое надо делать в массовом порядке. И я считаю, что громадную часть зон глухого сопротивления можно просто снять обыкновенной работой, обсуждением, разъяснением, дискуссией, поправками. А так же лучше – совместной работой, совместным преобразованием концепции. Тем более, что я действительно считаю, что общая политическая ситуация безусловно позитивна.

 

Да, нас будут притормаживать. Это неизбежно. Но именно притормаживать, а не взрывать или палки в колеса всовывать. Те палки, которые нам будут в колеса всовываться, это спички, а всерьез – несколько притормаживать. Но по замыслу в целом безусловно будет общий плюс. У Грефа в концепции мы прописаны абсолютно ясно и определенно и именно в том виде, который мы сами считаем правильным. Убежден, что удержим это и на стадии утверждения концепции. И дальше. Так что в этом смысле картина позитивная.

 

И если на данный момент определять самую сложную точку во всем политическом пространстве, то я бы назвал эту точку – губернатор. У меня такое понимание на на данный момент главной сложности, и опять же обусловлена она не классовым противостоянием, а просто недостаточным пониманием. Но чтобы этот провал зацементировать, нам придется много, чего вложить. Над этим придется всем весьма серьезно поработать, на всех уровнях: от правления до генеральных директоров.

 

Может быть, вы знаете, что у нас в ближайшие две недели две поездки: одна - на Сибирское соглашение, другая – на Уральское. Все губернаторы, все председатели, одна тема – реструктуризация. Это именно с этой целью. Но думаю, что двумя ассоциациями мы не ограничимся. Нужно будет так же и дальше двигаться. Это на данный момент самая сложная и серьезная точка. В то же время уже образовался поток к нам представителей президента в укрупненных регионах, полномочных представителей президента. Они сами идут. Вчера встречались.

 

Еще разговор будет на днях. Плюс Сергей Кириенко, который настроен и с ним подробно это обсуждалось, чтобы Волга стала пионерным регионом в стране по ускоренной и глубокой реализации всей нашей концепции. Так что здесь у нас есть новый фактор поддержки. Кроме того, как я понимаю, у губернаторов в жизни будет много всяких проблем, и, может быть, проскочим.

 

Целый ряд соображений здесь высказывался про оргструктуру. Не должен долго говорить. Выношу конкретное предложение. Поручаю Завадникову сделать новую структуру холдинга головной компании РАО “ЕЭС” с учетом того, что здесь обсуждалось. Срок – среда. Считаю, что в пятницу она должна быть утверждена. Тем более, что есть естественные предпосылки к этому. Плюс то, что здесь высказывалось, абсолютно здраво. Хотел бы, чтобы мы в пятницу имели утвержденный документ с новой структурой правления и распределением обязанностей м. зампредами и членами правления. Сердцевина – то, что здесь обсуждалось и проговаривалось.

 

Завершая свои замечания, хотел бы поделиться так же одним впечатлением, которое возникло здесь в ходе работы. То, что мы обсуждаем здесь, это абсолютно уникальной мощи двигатель, который дает беспрецедентный импульс всем мыслимым составляющим работы РАО “ЕЭС”. На всех уровнях.

 

Технические и технологические вопросы, системы измерения, связь, оптовоклокно, цифра, коммерческий учет от вот этого комплекса до уровня бизнес культуры и кадрового обновления. Просто все мыслимое во всех аспектах – двигатель такой мощи и такой силы, что если бы реструктуризации не было, ее бы надо было придумать. Просто в силу вот этих факторов.

 

Мы, конечно, реализуя то, что задумали, способны превратиться в абсолютно уникальную компанию. Не только в том смысле, о котором сказал Петр Щедровицкий, которому интересно провести на нас эксперимент динамической организации, но так же и в том смысле, то мы безусловно способны были бы предельно эффективно выполнять свои базовые функции, связанные с продажей электро- и теплоэнергии платежеспособным потребителям, а кроме этого стать просто концентратом самой продвинутой, самой работоспособной, самой агрессивной генерации новых менеджеров и превратиться в компанию беспрецедентного потенциала.

 

Благодаря всему комплексу мер, о которых мы говорили. К нам должно стать интересно идти. В результате всего этого. Вот как должно быть. И это абсолютно реализуемо в рамках того, о чем мы здесь говорили. Я считаю, что то, что здесь обсуждалось, абсолютно реализуемая схема для решения этой задачи.

 

В заключение – благодарность Петру Георгиевичу. Считаю, что кроме всего прочего, нам так же показали крайне эффективную технологию использования наших мозгов в форме, которая дает результат. весьма работоспособная и весьма эффективная. Спасибо. Насколько я понимаю, на этом рабочая часть завершается.

 



Энергоэффективность в российском здравоохранении. Новая страница 1. Взаимосвязь проблем экологии и мероприятий по энергосбережению. Предисловие ответственного редактора.

На главную  Управление энергией 





0.0168
 
Яндекс.Метрика